Здесь будет и ваш баннер, если у себя разместите мой!

Всё о Средневековье и обо всём, что с этим связано... Интеллектуально-ролевая онлайн игра Золотой Клон Интеллектуально-ролевая онлайн игра Золотой Клон


   
  Средневековье
  Метательное оружие
 


Метательное оружие






Содержание:


1.Праща

2.Лук

3.Арбалет












Праща


Изображение пращника на ковре из Байе  

Праща как боевое оружие встречается за тысячу лет до нашей эры еще в Египте времен фараонов. Поэтому неудивительно, что она выступает на первый план уже в раннем средневековье. Простота этого оружия позволяет предполагать, что оно применялось всеми народами, исключая, возможно, только германцев и народы Севера. Приобретение 444 рижских свинцовых ядер для пращей Берлинским музеем в 1875 году дало толчок к более подробному изучению средневековых пращей.




Рис. 449. Пращник. Нижняя кромка ковра из Байе, кон. XI в.
Рис. 450. Праща.

Праща (нем. Schleuder, фр. fronde, старофр. fonde, англ. slinger, ит. fromba, ucn. honda) часто применялась начиная с крестовых походов до XV века, особенно итальянцами и горными жителями Швейцарии. Она никогда не была оружием аристократов. Напротив, вплоть до времен французских религиозных войн, ею всегда были вооружены низшие классы. На ковре из Байе мы видим метателя из пращи — пращника (нем. Schleuderer). Изображение дано настолько ясное и простое, что не оставляет желать ничего лучшего по четкости (рис. 449). В XIII веке метатели из пращи обычно назывались eslingur (англ. slinger). В XIII веке различали пращу обычную и пращу-бич (нем. Stockschleuder, англ. gibet). Изображение последней встречается в Библии X века в Национальной библиотеке в Париже. В то время праща-бич применялась преимущественно на флоте и при осадах. В дальнейшем она нашла широкое применение во французских войсках.

Изображение пращника римского войска на колонне Траяна Праща состояла из петли, в середине которой находилось гнездо из кожи, куда вкладывалось каменное или свинцовое ядро или пуля (рис. 450). При метании пращник быстро раскручивал пращу дважды или трижды и в подходящий момент выпускал конец петли из рук. При употреблении пращи-бича нужно было при замахе освободить петлю, надетую на конец палки, что достигалось только при особой ловкости. Праща-бич в руках тренированного человека была страшным оружием (рис. 451). Ее бесспорное преимущество признавалось и в XVII веке, т. к. она часто использовалась для метания ручных гранат. Еще в XIV веке пращники, которые из своего искусства сделали ремесло, вербовались во все войска так же охотно, как и лучники. Невзрачные и даже внешне опустившиеся, они при этом были еще плохо дисциплинированы. Пращники сопровождали рыцарей императора Генриха VII в Италию (рис. 452).


Рис. 451. Воины на борту корабля. Среди них один с луком, другой — с пращой-бичом. Миниатюра из рукописи Матвея Парижского, XIII в. Библиотека Бенет-колледжа, Кембридж.

В XV веке праща все больше использовалась наемниками. Превосходное метательное оружие было в сборном войске, которое вел на Белград Иоанн Капистран (1386—1456). Славой самых ловких пращников пользовались жители Балеарских островов, служившие в испанских войсках. Меткость балеарского или критского пращника была такая, что он поражал человека на расстоянии 120-160 шагов. Можно предположить, что венгерский король Матьяш Корвин (1458—1490), будучи поклонником римского способа ведения войны, держал в своем войске пращников: в ценном  собрании  графа  Ганса  Вильчека хранится  маленькое  свинцовое ядро, на котором возле нечеткого герба написано имя «Матьяш».

Свинцовые ядра средневековья имели форму финика, такую же, как в древности, однако они большей частью не были отлиты, а отбивались из кусочков свинца. Некоторые из них имеют клейма, выбитые большей частью рядом с надписями, которые обозначали (в отличие от римских ядер, где были выбиты обращения к врагу типа «возьми», «ешь», «тебе» и т.д.) большей частью имена владельцев и городов, таких как Милан, Бицтом, Хотелин и др.

До сих пор найдены только немецкие и североитальянские ядра. В других странах еще мало обращают внимания на этот предмет. Очень большое количество свинцовых ядер имелось в коллекции Ганса Вильчека (Вена). Делали их в замках вблизи города Тревизо (Италия, рис. 453).

Доказательства того, что пращу использовал в сражениях император Фридрих III (1415—1493), найдены в инвентарной книге Венского цейхгауза от 1519 года, в которой обозначены тридцать две пращи как хранящиеся в «Арсенале». Они хранились там, несомненно, многие десятилетия, не являясь более предметом вооружения.


Рис. 452. Пращник. Миниатюра из кодекса Балдуина Трирского, сер. XIV в.
Рис. 453. Свинцовые пули для пращи. Из замков в окрестностях Тревизо, нач. XV в.






 

Лук

Происхождение лука (нем. Bogen, фр. arc, англ. bow, ит. и исп. arco, лат. arcus) уходит в доисторические времена: среди археологических находок наконечники стрел — не редкость. Это обычно превосходное оружие встречается уже на ранних изображениях средневековья. Великое переселение народов повлекло за собой крупное изменение тактики, в результате чего лук приобрел большее значение, чем в античности. Дикие полчища, нахлынувшие с Востока, столкнулись с сомкнутыми рядами пехоты, вооруженной копьями и щитами, а также лучниками, завязывающими бой и прикрывающими фланги. Ядром войска и его решающей силой была конница. Это шло вразрез с римской тактикой, но в истории не раз случалось, что полное изменение в тактике ведения боя вводилось самыми необразованными людьми. Во времена великого переселения народов эффективное использование луков в коннице и пехоте того времени вызывает восхищение и служит доказательством успеха новой тактики.

Легкие всадники стали первыми конными лучниками, но по сути они являлись полной противоположностью тяжеловооруженному феодалу. Сила их была в массе, но европейское средневековье не дает примеров такого их использования после великого переселения народов. Один или несколько лучников не могли противостоять закованному в железо всаднику, поэтому быстро стали играть вспомогательную роль. Рыцарь обычно имел несколько стрелков в своей свите. Их задачей стало больше обслуживать своего господина, чем стрелять. Этим объясняется пренебрежение, которое выказывали рыцари к своим лучникам.

Сочетание в луке эффективности с простотой конструкции делает его выгоднейшим оружием: гибкая ветка, к концам которой привязана тетива (нем. Sehne), да легкая стрела (нем. Pfeil), летевшая на 200, а то и на 250 шагов с большой точностью, — Вот и весь секрет этого оружия, который принес ему славу в веках.

Золотой кувшин из уже не раз упоминавшихся «Сокровищ Аттилы» имеет рельеф, на котором изображен сарматский всадник (?). Обернувшись назад, он собирается пустить стрелу из своего маленького лука. По-видимому, это древнейшее из сохранившихся изображение лучника раннего средневековья (рис. 454).


Рис. 454. Конный лучник. Рельеф из золотого клада Надьсцентмиклош, VII—IX вв.
Рис. 455. Лучник, рядом стоит колчан для стрел. Ковер из Байе, кон. XI в.

Несмотря на важность лука, он был оружием низших слоев общества, составлявших пехоту. На ковре из Байе лучники составляют особый отряд. Согласно традиции, они изображены значительно меньшими, чем благородные воины. Их начальник в латах, стрелки — в более легкой экипировке, вооружены луками длиной примерно 1,5 метра. (Изображение короля явно относится к мирной жизни, возможно, это охота, поэтому к утверждению автора: «конные стрелки принадлежали к более высоким слоям» — никакого отношения не имеет (прим. ред)).

Отчетливо видна форма колчана (нем. Кöcher, рис. 455). Конные стрелки принадлежали к более высоким слоям общества, как можно видеть на миниатюре из рукописи второй половины XI века, на которой представлен сам король, стреляющий из лука (рис. 456). Жуанвиль утверждает, что луки применялись в крестовых походах. Во Франции знатные рыцари отвергали это оружие и пренебрегали им, употребляя очень редко (рис. 457), но зато оно использовалось в Брабанте и Англии, и там были созданы первые регулярные отряды стрелков, прославившиеся благодаря своим исключительным способностям. Английский лучник презирал того, кто не мог в минуту выпустить 10-12 стрел и при этом хотя бы одной стрелой не попадал в цель, удаленную на 100 шагов.


Рис. 456. Французский король, стреляющий из лука. Из рукописи второй пол. XI в. Национальная библиотека, Париж.
Рис. 457. Рыцарь, стреляющий из лука. Миниатюра из французской рукописи, датированной приблизительно 1310 г.

В XIII веке лук был введен повсеместно в войсках Германии и даже Италии. Во Франции впервые в 1356 году в битве при Пуатье были выставлены специально сформированные отряды лучников. И хотя уже около 1300 года в войсках имелись конные стрелки, впервые только с 1450 года стали обычными постоянные наемные отряды конных лучников.

Что касается формы и действенности этого оружия, то в средние века непревзойденным образцом оставался английский лук. Французские луки в XIII столетии имели длину приблизительно 130 см, в то время как английские имели длину до 2 метров (рис. 458).    Материалом для них служил тис или клен, длина стрелы была немного меньше метра, тетиву делали из скрученной пеньки или шелка.

Превосходные качества английского лука объяснялись тем, что эластичность древесины использовалась полностью и тем самым достигалась большая длина натяжения. От последней, заметим, зависела и длина стрелы. По сравнению с пращником и арбалетчиком лучник повсюду был легче оснащен. В XV веке пешие лучники носили бригантины, корацены или облегченные кольчуги. Оснащение венецианского лучника в конце XV века можно  видеть  на  картинах  Витторе  Карпаччо  и  Джованни  Беллини  из Академии в Венеции (рис. 459).


Рис. 458. Ландскнехт с английским луком. Ок. 1510 г. Из арсенальных книг императора Максимилиана I (Тирольский арсенал).
Рис. 459. Венецианский лучник. С картины Витторе Карпаччо, 1493 г. Галерея Венецианской академии.

Имеется крайне мало ранних изображений, касающихся употребления лука на Востоке. Правда, на персидской парадной посуде довольно часто встречаются изображения луков, однако на их основе нельзя сделать вывод о деталях.

Впервые в начале XV века появляются некоторые скудные сведения в рукописях, согласно которым как форма, так и применение лука на Востоке долгое время оставались традиционными. В начале XVI века описания лука становятся более отчетливыми и подробными. С этого времени сохранились и подлинные луки, что облегчает их всестороннее изучение.

Арабский лук отличался от турецкого большей длиной, он больше похож на греческий, татарский или валашский. Критяне имели составные луки с двойным изгибом. В некоторых областях луки делали из рога горного козла, а на острове Кандии — из рога буйвола. Турецкие луки были относительно небольшими по размерам, но очень упругими. Большой лук называется по-турецки perwâné kemân — «бабочка», а маленький — jaj.


Рис. 460. Железная крага. Для левого предплечья лучника; украшена травлением с чернением. Англия, ок. 1570 г. Бывшее собрание Л. Мейрика.
Рис. 461. Арабский лук без тетивы, украшен изящными арабесками из золота по зеленому лакированному грунту; все части раскрашены. Трофей, взятый в походе против турок — 1556 или 1566 г.

Восточные лучники не носили краг (рис. 460) и перчаток. В отличие от северных народов, длинные деревянные луки которых со слабо натянутой тетивой могли легко отклоняться в сторону, у восточных тетива цеплялась кольцом со специальным выступом и натягивалась большим пальцем правой руки. Это кольцо в соответствии с возможностями владельца изготавливалось из бычьего рога, слоновой кости, серебра или золота и украшалось драгоценными камнями. Таков был XVI век, откуда до нас донеслось впервые: «Никакой новой моды, все возвращается на круги своя».

В императорском собрании Вены хранится значительное количество восточных луков, которые стали трофеями походов 1556 и 1566 годов эрцгерцога Фердинанда Тирольского (1564—1595). Из всего собрания здесь приведены большие арабские или татарские луки, а также маленькие — турецкие. Эти примеры достаточны, чтобы заметить различия в конструкции восточных луков (рис. 461, 462). Если мы посмотрим на турецкий лук без тетивы (рис. 462), то увидим, что он сильно выгнут наружу (а). При установке тетивы лук должен  сильно изогнуться внутрь (а'), после чего он готов к использованию.

При натягивании тетивы рога лука должны еще больше отойти назад до положения (а"), благодаря чему и без того сильное натяжение увеличивается еще больше, до предела упругости материалов, из которых лук сделан. Только благодаря рациональной комбинации используемых материалов можно было достичь столь высокой эффективности восточных луков (дальность и точность) при их незначительных размерах. Даже самые простые восточные луки были украшены снаружи и на рукоятках лакировкой и восхитительным орнаментом. Тетива восточного лука состоит из 5 или 6 крепких нитей, свитых из овечьей шерсти, которые крепко перетянуты скрученными шелковыми нитями разного цвета.


Рис. 462. Турецкий лук из рога буйвола, украшен изящными золотыми арабесками по красному лакированному грунту; плечи и спина лука — снаружи, рукоятка — с внутренней стороны расписаны. Изображен: а — без тетивы; а' — с тетивой; а" — в натянутом положении. Трофей, взятый в походе против турок — 1556 или 1566 г.

Стрелы норманнов, англичан и французов XI века были длиной не более 70 см, что соответствовало длине лука. По-видимому, они имели оперение и разные наконечники: невозвратные, ланцетовидные и шиловидные.

Английские, французские и немецкие стрелы с XV века имели длину до 110 см, диаметр 1,5-1,8 см. Оперение для боевых стрел изготавливалось из пергамента, окрашенного в яркие цвета. Наконечники были ланцетовидной формы с короткими втулками. Попытки выявить центр тяжести этих стрел не предпринимались, т. к. в собрании не нашлось ни одной целой подлинной немецкой или английской стрелы.

Восточные стрелы имеют длину в среднем 75 см при диаметре не более 7 мм. Оперение, как правило, состоит из трех перьев птиц разного вида. Наконечники исключительно тонкие и вставлены черенком в древко, которое на верхнем конце изящно оплетено и иногда оклеено исключительно тонким лыком. Некоторые виды стрел имеют сразу же под наконечником широкое кольцо из металла. На задней стороне у богато отделанных стрел помещается костяное ушко с выемкой для тетивы на конце. Обычные стрелы без таких насадок все также имели тщательно изготовленные выемки для тетивы. Центр тяжести находился обычно только в нескольких сантиметрах от середины ближе к наконечнику. Почти каждая из представленных восточных стрел украшена прекрасными узорами, выполненными росписью лаком, с позолотой, реже — инкрустацией, еще реже — резьбой (рис. 463).


Рис. 463. Разновидности восточных стрел:
a) Татарская. XVI в.
b) Турецкая, с оперением, древко украшено тонким лаком. XVI в.
с), d), e) Арабские. XVI в.
f) Турецкая. Кон. XVII в.
Рис. 464. Татарский колчан, подвешивался на поясе; сделан из кожи косули и украшен аппликациями из цветной козьей кожи и позолоченными металлическими накладками. Сер. XVI в.

Восточные народы обычно хранили свои луки в футлярах. Различают футляры для луков — налучи и футляры для стрел — колчаны. ( Набор из налуча и колчана назывался саадак (прим. ред.)).
Эти футляры давали возможность восточным ремесленникам проявить свой талант в украшении их поверхности. Колчаны  XV века являются удивительными образцами восточного искусства, особенно в работах по коже и вышивках с изумительно красивыми узорами (рис. 464, 465). Колчаны XVII века свидетельствуют уже об упадке этого восточного искусства: при всей красоте рисунка он выполнен с помощью более дешевых средств — золочения или серебрения обшивки.


Рис. 465. Турецкий саадак: a) Налуч. b) Колчан. Оба из зеленой кожи — кордуана, шитого серебром и цветным шелком, и с оковками, украшенными в технике холодного эмалирования. Сер. XVI в.
Рис. 466. Колчан для стрел, обтянутый мехом, т. н. меховой колчан; входил в вооружение императорских лучников. Ок. 1510 г. Из арсенальных книг императора Максимилиана I (Тирольский арсенал).
Рис. 467. Колчан венецианского лучника, из резного дерева, украшен позолоченными арабесками на красном фоне. Первая пол. XVI в. Императорский Царскосельский арсенал.

В европейских войсках луки не хранились в налучах. При дождливой погоде только тетива, как правило, хранилась в сумке. Стрелы помещались в длинные деревянные колчаны в форме кегли или призмы, которые покрывали резьбой или обертывали пергаментом и раскрашивали (рис. 466, 467). Встречаются и плоские колчаны, как, например, флорентийские, имеющие некоторое сходство с восточными (рис. 459).


 

 

 

 


 

Арбалет


(В книге все арбалеты показаны дугой вверх. В электронной версии, для компактности, многие рисунки повернуты на 90° и арбалеты показаны "в рабочем положении", вверх желобом ).

Механический принцип, на котором основана конструкция арбалета (нем. Armrust, фр. arbalète, англ. cross-bow, arbalist, ит. balestra, исп. ballesta, лат. arcubalista, arbalista), восходит к метательным машинам древности, довольно подробно описанным Витрувием в его сочинении «Об архитектуре». Принцип тяжелых осадных машин был реализован в легком ручном оружии еще в конце античности. Уже в IV веке Вегеций в своем трактате о военном деле пишет об аркабалистах не как о тяжелой машине, а как о легком, всем известном ручном оружии отрядов стрелков.

На двух барельефах в музее Пуи, сделанных, несомненно, ранее IV века, можно отчетливо видеть арбалеты с их характерными признаками. Первое изображение обнаружено на колонне (рис. 468). Второе изображение имеется на фрагменте фриза из развалин виллы Пуи.


Рис. 468. Рельеф с колонны. Найдена в Солиньяке-на-Луаре. IV в.

Первоначальное немецкое название арбалета — «Armrüstung» (оружие для рук) состояло из двух слов — «Arm» (рука) и «Rüstung» (оружие). Термин «armrust» появляется уже в XII веке. В конце XV века слово «Armrust» приобретает новое написание, при котором к «m» прибавляется «b». Таким образом, название оружия превратилось в «Armbrust». Но после того, как в современном языке это неблагозвучное сочетание звуков было повсюду уничтожено, снова вернулись к правильному, первоначальному написанию.

С V по X века мы не имеем сведений об арбалетах в Европе, поэтому можно предположить, что если в этот период они и не были полностью преданы забвению, то употреблялись редко. И, действительно, арбалеты снова появились на миниатюре латинского манускрипта времен Людовика IV (936—954) «Ультрамарин» примерно 937 года. На миниатюре из Библии конца X века, принадлежащей аббатству Сен-Жермен и находящейся сейчас в Национальной библиотеке Парижа, можно видеть двух пеших стрелков, которые стреляют по стенам Тира явно из арбалетов (рис. 469). Анна Комнина (1083 — ок. 1155), ученая дочь византийского императора Алексея, (1048—1118), в своем сочинении «Алексиада» при описании первого крестового похода упоминает луки нового типа, которые она называет «tzagrae». Она пишет, что «tzagra — это луки, которые нам незнакомы». Это, видимо, позволяет сделать вывод, что арбалеты, не известные на Востоке, были оружием, изобретенным в западногерманском государстве, известным и применяемым только в Западной Европе.
 (Уместно отметить, что приведенный автором перевод отрывка не точен. Другие переводчики придают этому абзацу прямо противоположный смысл. По их мнению, речь идет о том, что арбалет или самострел, применявшийся византийцами, был совершенно незнаком крестоносцам и наводил на них ужас (прим. ред.). Но, поскольку (как выше отмечает автор) арбалеты в Европе были известны за сотню лет до рождения Анны Комниной, их мнением по данному вопросу можно и нужно пренебречь )

Впервые арбалеты получили всеобщее и широкое распространение в XII веке, особенно в Англии и Франции. Второй Латеранский собор в 1139 году запретил употребление арбалетов против христиан как смертоносного оружия и разрешил применять их только против неверных. Тем не менее около 1190 года арбалеты употребляли в войсках короля Ричарда I Английского и Филиппа-Августа Французского. В это же время появились первые отряды пеших и конных арбалетчиков, что дало повод папе Иннокентию III (1160—1216) возобновить запрещение Собора. Несмотря на строгий запрет, оружие приобретало все большее значение. Командующий арбалетчиками во Франции получил титул «Гроссмейстер арбалетчиков» и позднее был приравнен к маршалам Французского королевства. В Германии в XII веке арбалеты употреблялись довольно часто. Тому имеются два свидетельства, принадлежащие почти к одному и тому же времени. Это стенные росписи в Домском соборе Брауншвейга времен Генриха Льва (1129—1195) и надгробная стелла Генриха фон Фельдеке, на которой это оружие впервые названо «арбалетом».


Рис. 469. Осада Тира. Миниатюра из Библии конца X в. Национальная библиотека, Париж.

Среди немецкого рыцарства арбалет сначала рассматривался как коварное и нерыцарское оружие и отвергался. Только горожане с удовольствием использовали его в схватках с рыцарями. В немецких и нидерландских городах, главным образом, в городах Ганзы, создавались так называемые гильдии стрелков под покровительством св. Себастьяна, св. Морица и др. Уже в XIII веке арбалеты широко применяются на охоте, потеснив пращи и луки. Они сохранили свою популярность даже тогда, когда огнестрельное оружие стало весьма эффективным, т. к. охотничьи арбалеты не вспугивали дичь звуком выстрела и вспышкой. По сравнению с луком арбалет обладал большей мощностью и точностью стрельбы. Но при этом арбалетчик выпускал две стрелы в минуту, а ловкий лучник, за это же время, выпускал семь.

В XIV веке неразлучным спутником арбалетчика стал щитоносец, хотя во Франции арбалетчик сам защищался павезой. Когда вошли в употребление пластинчатые латы, арбалетчики отвергли ту новую неудобную воинскую одежду, т. к. она мешала им при использовании оружия. Вместо этого арбалетчик носил в Германии кожаную куртку с нашитыми металлическими пластинками, во Франции и Италии — корацену или бригантину. Изготовление арбалетов достигло своего высшего развития в XV и XVI веках в Испании, Нидерландах и Германии. Лучшие стальные луки получали из Италии, тончайшие и прочнейшие тетивы изготавливались в Антверпене. Самыми меткими арбалетчиками в XIV и XV веках были генуэзцы. Стрелок носил при себе 12 стрел, которыми мог поразить цель с расстояния в 200 шагов.

Арбалет состоит из ложа (нем. Säule, фр. arbrier), лука (нем. Bogen, фр. arc), тетивы (нем. Sehne, фр. corbe), натяжного устройства (нем. Spannvorrichtung) и спускового устройства (нем. Abzugsvorrichtung).
 По размерам различают станковые и ручные арбалеты
Станковые представляют собой нечто среднее между осадными машинами и ручным оружием.

По способу натяжения различают арбалеты с ручным натяжением (фр. arbalète à main), арбалет с блоком (фр. arbalète a tour, или à moufle), арбалет с воротом (фр. arbalete a eric или a cranequin) и, наконец, арбалет с козьей ногой (фр. arbalète à pied-de-biche).

В отношении выпускаемых снарядов различают обычные арбалеты, метавшие болты (нем. Bolzen, фр. guarels, viretons), баллестры (нем. Balläster), стрелявшие металлическими пулями, камнями, а на охоте глиняными шариками. В конце XVI века появляются арбалеты легкого типа — шнепперы (нем. Schnepper).

Материалом для лука служило дерево, которое, в силу малой упругости, употреблялось только для простого оружия, ( Деревянные луки были дешевые, и в полевых условиях их можно было оперативней заменить или починить (прим. ред.)) а также сталь и рог. Стальные луки, несмотря на большую упругость, имели тот недостаток, что при холоде легко разламывались. Поэтому зимой охотнее использовали луки из многослойных пластин оленьего рога, обернутые ликом и обтянутые пергаментом.

Прочное соединение лука с ложем — существенное условие для применения арбалета. Осуществлялось оно первоначально с помощью шнуров или кожаных ремней, которые не только охватывали ложе и лук, но и удерживали кольцеобразное стальное стремя (в старые времена оно было необходимо для натяжения арбалета, а позднее стало предметом украшения). ( За стремя арбалет подвешивали на стену, поэтому оно не исчезло, а стало предметом декоративного украшения (прим. ред.))
 В конце XV столетия в Испании и Италии лук стали крепить с помощью двух металлических петель, расположенных по обеим сторонам ложа, и пары клиньев, идущих навстречу друг другу через отверстия в ложе. Клинья позволяли намертво прижать лук к основанию ложа. В маломощных охотничьих арбалетах лук расклинивался непосредственно в отверстии ложа.


Рис. 470. Охотничий арбалет Людовика XII, короля Франции. Лук стальной, покрыт травлением и позолотой; на кленовом ложе — узорные накладки из кости, рисованные изображения гербов Франции и Милана, рельефные накладки с орденом Дикобраза и геральдической фигурой с герба Анны Бретонской — горностаевый хвостик в сердце, а также знак вдовства — витой шнур; орех не закреплен, тетивы нет.
На виде сбоку показано крепление лука и спусковое устройство. Франция, ок. 1490 г.

У некоторых арбалетов к металлическим петлям или просто с нижней стороны ложа крепился крюк, на котором оружие подвешивали к поясу или седлу (рис. 470, G). На приведенном рисунке видно, что плоскость (D) лука расположена не перпендикулярно направляющей ложа, а косо, так, что ось лука (NL) проходит через зацеп (нем. Rast) для тетивы на орехе (нем. Nuß). Подвижные петли (В) для крепления лука с помощью клиньев притягивают лук к ложу через отверстие в нем (Е). На других экземплярах петли крепятся к ложу, а зажим лука производится клиньями выше него (в точке С).

Стальные луки, обладающие при незначительной толщине довольно большой упругостью, не нуждаются в значительном натяжении, тогда как у деревянных и костяных луков ход тетивы должен быть значительным. Для надевания тетивы на мощный стальной лук деформировать его нужно было весьма незначительно, а менее мощные и деревянные луки необходимо было сначала изогнуть из нейтрального положения в рабочее (рис. 471). При надетой тетиве лук уже наполовину использовал возможную для него деформацию. Лук из выгнутого положения переводят в прямое, а затем в боевое. У сложных луков тетива должна быть гораздо крепче, чем у стальных, т. к. она постоянно испытывает значительное усилие растяжения.


Рис. 471. Тяжелый арбалет, с роговым луком и упорами для немецкого ворота; лук длиной 1 м обтянут пергаментом и раскрашен; ложе длиной 110 см имеет простое спусковое устройство (а) с орехом, закрепленным нитью; в нижней части его — герб штирийского рыцаря Андреаса Баумкирхера (обезглавлен 1471). Ок. 1450 г.

Спусковое устройство претерпело существенные изменения, от самых простейших до самых хитроумных форм, хотя почти все эти системы постоянно возвращались к первоначальной схеме. Старейшее устройство представляет из себя гнездо, вырезанное в ложе, в котором размещена костяная шайбочка (изготовленная из копыт или рога оленя), выступающая над поверхностью ложа менее чем наполовину, так что она может совершать лишь вращательное движение в гнезде. Эта шайба, называемая орех, в выступающей части снабжена зацепом для тетивы, а напротив имеется зарубка для спускового рычага. В ранних арбалетах орех не имел крепления, а был «свободно плавающим» (нем. freischwebend). В середине XV века его стали крепить к ложу с помощью шнуров, проходящих через ось и огибающих ложе (рис. 471, а). 
На первый взгляд, ложе арбалета кажется обмотанным шнуром, и такую систему называли «орех, вращающийся на нити» (нем. Nuß, im Faden laufend). Выстрел производится спусковым рычагом (нем. Bügel, рис. 470, R), который представляет собой двуплечевой рычаг, имеющий ось (М). Более короткое плечо упирается в зарубку ореха, пружина (S) давит на длинное плечо, удерживая его во взведенном положении. В ранних арбалетах этой пружины не было, поэтому стрелок должен был при натяжении установить орех в соответствующее положение, надавливая на спусковой рычаг, пока короткое плечо не заскакивало в зарубку ореха, тем самым предотвращая произвольный спуск. Дальнейшее усовершенствование спускового устройства относится ко времени императора Максимилиана I (примерно 1500 г.), который, согласно свидетельству Тойерданка, чуть было не погиб из-за неожиданного спуска стрелы. Новое спусковое устройство (рис. 472) состоит из предохранительного рычага (нем. Sperrhebel, рис. 472. С), который удерживает спусковой рычаг от поворота до тех пор, пока нет необходимости выстрелить. Перед выстрелом предохранительный рычаг поворачивался и освобождал спусковую скобу.


Рис. 472. Арбалет императора Максимилиана I. Лук стальной, покрыт травлением и позолотой; ложе красное, лакированное, украшено изречениями императора, написанными золотыми буквами; натяжение тетивы производится воротом; орех не закреплен; спуск производится шнеллером (с). Испания. Ок. 1500 г.

После натяжения лука болт (в старину называвшийся в немецкой пехоте Hauspfeil) помещали на ложе перед орехом. У многих арбалетов, особенно не немецких, для этой цели на верхней поверхности ложа имелся желобок, в который вкладывалась стрела. Немецкие арбалеты обычно не имели желобка, и поверхность ложа у них гладкая. Болт же фиксировался роговым зажимом (нем. Bolzenklemmer), который закреплялся позади ореха. ( Эти зажимы для стрел большей частью отсутствуют у арбалетов, представленных в музеях. Однако у них нетрудно заметить точку, в которой зажимы были закреплены (прим. ред.)) 
Чтобы зажим не мешал при натяжении, его отворачивали влево (рис. 473, с). Между тем, обратившись к описанию различных натяжных устройств на музейных экспонатах, нетрудно заметить, что сохранившиеся в собраниях арбалеты относятся к тому времени, когда метательное оружие уже стало вытесняться огнестрельным. Старейшие арбалеты, сохранившиеся в музеях, относятся к XV веку.

До XII века арбалетчики натягивали арбалеты без механических средств, обеими руками. Поэтому мощность арбалета должна была соответствовать силе рук стрелка. За этим простейшим способом в XIV веке последовал немного более сложный, с помощью натяжных крюков (нем. Spannhaken, фр. crochet). Они сохранились до начала XV столетия. Натяжной крюк был двойным и носился на широком поясе на бедрах. Арбалет при натяжении ставили луком на землю. Стрелок приседал, наступал ногой в стремя, цепляя крюк за тетиву, и, выпрямляясь, натягивал ее. Разгибался он до тех пор, пока тетива не попадала в орех. Стрелок должен был отжать спусковую скобу от ложа для того, чтобы ее «носик» вошел в зарубку ореха. Такой натяжной крюк можно увидеть в Музее артиллерии в Париже (рис. 474). Этот способ «заряжания» арбалета был во всех отношениях более прогрессивным, чем натяжение голыми руками, что позволяло увеличить мощность лука.


Рис. 473. Удержание болта зажимом (с).
Рис. 474. Натяжной крюк. Нач. XIV в. Бывшее собрание замка Пьерфон.

Постоянно возрастающее значение дальнобойного метательного оружия толкало к неуклонному совершенствованию арбалета: приходилось делать луки все более мощными. Одной мускульной силы для натяжения было уже недостаточно, поэтому появились механические приспособления, чтобы увеличить эту силу. Однако из старейших средств натяжения лука арбалета — английский ворот (нем. englische Winde), названный по месту его первого применения. Он представлял собой в сущности не что иное, как обычный блок с двумя, реже с тремя роликами. Благодаря этому достигалось двойное или тройное увеличение силы рук. Устройство механизма простое, как видно на примере двухроликового ворота (рис. 475). За крюком располагался ролик (В), позади которого за отросток крепился конец тросика. Гнездо (D) натяжного устройства надевалось на конец ложа арбалета. Натяжение производилось лебедкой, вал (F), который приводился в движение двумя ручками (К). Специальным крюком (J) ворот цеплялся за пояс при выстреле или на марше.


Рис. 475. Английский арбалет Людовика XII (см. рис. 470). Железные части ворота позолочены; трос подлинный.

Немецкие арбалеты со стальными или роговыми луками уже в конце XIV века натягивались так называемым немецким воротом (нем. deutsche Winde, рис. 476). Этот способ оказался настолько простым и практичным, что уже к середине XV столетия вошел в употребление за пределами Священной Римской империи. Арбалетчики, оснащенные немецкими воротами, назывались во Франции cranequinieurs.

Механизм такого ворота с зубчатой рейкой, изображенный на рис. 477, крайне прост. Ручкой (К) вращают рукоятку (Н) с укрепленным на ней червяком (D), который входит в зацепление с зубьями колеса (В), имеющего ось вращения (А). В это колесо запрессовано три штифта (С), которые и приводят в движение зубчатую рейку (Е). Зубцы расположены сверху зубчатой рейки. Чаще использовали не червячную, а зубчатую передачу. При этом зубцы рейки располагались с правой стороны, а рукоятка вращала маленькую шестеренку, которая находилась в зацеплении с большой шестеренкой. Штифты последней двигали рейку. Рукоятка вращалась в ту же сторону, что и у червячного ворота. Крючья (F), расположенные на верхнем


Рис. 476. Немецкий ворот. От охотничьего арбалета; с железным кольцом для закрепления на ложе. Ок. 1560 г.
Рис. 477. Механизм немецкого ворота. От арбалета эрцгерцога Карла Штирийского. Датирован 1563 г.
Рис. 478. Охотничий арбалет. С готовым к натяжению воротом; штифты показывают, что арбалет можно было взводить и «козьей ногой».

конце рейки, служили для зацепления тетивы. Крюк (М), расположенный на противоположном конце зубчатой рейки, служил для подвешивания ворота к поясу. На изученном нами музейном экземпляре он утерян, но на рис. 477 реконструирован. Редуктор заключен в металлический корпус со скобой (L) снизу, в которую вставлялась крепкая петля  (нем. Windfaden) из пеньковых нитей. Перед натяжением арбалета на ложе сзади надевалась эта петля, так, чтобы она уперлась в штифты. Затем крючьями рейки цепляли за тетиву и вращением рукоятки натягивали лук  (рис. 478) ( В собрании оружия императорского дворца в Вене хранится также балластер, в котором зубчатая рейка связана с ложем, и механизм взводится с помощью ключа (прим. авт.)).

Между 1550 и 1560 годами от Нюрнберга до Аугсбурга появляются первые арбалеты с более сложным спусковым механизмом, который доказал свое преимущество, особенно при стрельбе в цель и на охоте. Эти немецкие арбалеты получили столь высокую оценку, что вывозились в большом количестве во все страны. Поэтому арбалеты с таким спусковым механизмом имеются во всех сколько-нибудь крупных собраниях оружия. Их легко узнать по раздутому ложу в месте спускового устройства.


Рис. 479. Механизм охотничьего арбалета в разрезе. 1560 г.

На рис. 479  приведена схема подобного спускового устройства. Снизу ложа, под орехом, имеется наклонная скважина (X), за которой в корпусе видна плоская металлическая пластина с рычажком. Сверху за орехом имеется вторая скважина (R), уходящая вертикально вниз. Спусковая скоба (Н) служит исключительно для защиты спускового крючка (F) от случайного нажатия. Спусковой крючок имеет шарнир (S), благодаря которому он при необходимости может сложиться. Для взведения промежуточного рычага (В) используется шило (V), проходящее через скважину (X). Носик рычага (В) заскакивает за зарубку (L) на двуплечном рычаге (С). Чтобы он не мог повернуться, рычажок (Р) поворачивают и этим его фиксируют. Натяжение арбалета производится с помощью немецкого ворота. Когда тетива (К) приводит орех (А) в боевое положение, через скважину (R) иглой (W) взводят рычажок (D) до зацепления зарубки спускового рычага (Е) его конца. Для приготовления к спуску остается вернуть рычажок (Р) в начальное положение, и спусковое устройство будет готово к выстрелу. [296]

Уже к середине XVI века и далее раньше существовали немецкие арбалеты, спусковое устройство, а позже и крепеж которых обернуты тканью и украшены помпонами. К XVII столетию луки также стали украшать шелковыми и золотыми кисточками.

Для арбалета с маломощным луком  ( Для арбалетов с маломощными луками вошла в употребление натяжная машина, которая состоит из небольшого вала, оплетенного ремнем, на конце которого был крюк. Эффективность такого приспособления была столь незначительна, что здесь оно упомянуто лишь мимоходом (прим. авт.)) существовала простейшая натяжная машина — козья нога (нем. Geißfuß). Она представляла собой не что иное, как одноплечевой рычаг (рис. 480). Точка опоры рычага находилась на штифте (Е), ближе к ореху, чем в арбалетах с немецким воротом. Натяжение тетивы производилось с помощью крючков (CD), шарнирно закрепленных на рычаге (А) с рукояткой (G), на верхнем конце которой находится вращающийся крюк для подвески к поясу.

К началу XVI века арбалеты, особенно баллестры, стрелявшие пулями, были оборудованы козьей ногой, закрепленной на ложе жестко (рис. 481). Это устройство в Германии называлось «рычаг-колонна» (нем. Säulenhebel), а во Франции arbalète à jalet. Существовали различные формы такого рода устройств. Особого внимания заслуживают натяжные устройства наверху или внутри ложа. Здесь описаны самые характерные конструкции, по которым можно легко судить о вариантах.


Рис. 480. Арбалет с «козьей ногой». Франция, кон. XV в. [297]


Рис. 481. Баллестр императора Максимилиана I. Лук покрыт травлением и позолотой, ложе — ярко-красным лаком и украшено орнаментами из сусального золота и бургундским гербом; стальной «рычаг-колонна» (с) наполовину взведен. Схема изображает натяжное и спусковое устройства баллестра. Полностью идентичен работе Пуэбласа из Мадрида. Ок. 1510 г.

Испанские баллестры обладают остроумно сконструированными натяжными и спусковыми устройствами (рис. 481).

 Это устройство состоит из длинного плечевого рычага (А), который соединен с ложем и может быть зафиксирован в ложе стопором (D). У оси расположен храповик, за который цепляется собачка (g), чтобы предотвратить соскакивание рычага во время натяжения. Ползун (В), который при подъеме рычага (А) выдвигается вперед и автоматически зацепляет тетиву, имеет в себе орех (d), который при опускании рычага (А) натягивает тетиву. Спуск осуществляется левой рукой путем нажатия пальцем на кнопку спускового рычага (b). Баллестр с вышеописанным приспособлением предназначен не просто для выстрела, а для меткого выстрела, соответственно должно было появиться и прицельное приспособление. Оно состояло из подвижной части (с), расположенной на ползуне за орехом, и из вилки (d), находящейся перед луком. Обе стойки вилки сверху соединены нитями или тонкой проволокой с надетой на них бусинкой, которая служила мушкой. Изображенный экземпляр утратил это приспособление, так же как и тетиву. Последняя состояла из двух раздельных  шнуров, которые соединялись петлями на концах. В разведенном положении их удерживали две стойки из слоновой кости. Орех цеплялся за петлю, расположенную сзади гнезда для пули (рис. 482). Хотя выстрел (скорее бросок) из баллестра был малоэффективен, все-таки баллестры сохранялись как охотничье оружие весь XVI век, пользуясь постоянной популярностью, т. к. требовали от стрелка мастерства в оценке дистанции.

Приоритетное положение, которого достигла Испания в XV веке в изготовлении арбалетов и баллестров, продлило еще на несколько десятилетий существование мавританского стиля. Еще Фердинанд I в 1523 году заказывал свои арбалеты мастерам из Сарагосы и Барбастры. Итальянские баллестры по форме и конструкции отличались от испанских и назывались шнепперами (рис. 483). Они натягивались вручную или с помощью натяжного приспособления (рис. 484), представляющего собой два крюка с устройством для удержания рукой (боковые ручки, скобы и петли). Старейшие шнепперы такого рода появились около 1550 года. Спусковое устройство их было самым простым.


Рис. 482. Баллестр с натяжным механизмом, помещенным в паз ложа и состоящим из зубчатой рейки, приводимой в движение с помощью коленчатой рукоятки на прикладе; баллестр имеет комплектную тетиву: двойную, с распорками и с гнездом под пулю; прицельная вилка («кораблик») изогнута. Ок. 1580 г.

Главным признаком итальянских шнепперов было ложе изогнутой формы между спуском и луком, несомненно служащее для защиты левой руки от движущейся тетивы. Ложа тонкая, сужающаяся к концу, на которой помещалась шайба. Спусковое устройство состоит из двух рычагов: передний двуплечий, на котором находится крюк для тетивы, опускающейся назад и фиксирующейся за свой длинный конец, который образует с крючком для тетивы угол. Крючок отходит под прямым углом от спускового рычага. При надавливании на спусковой рычаг крючок выходит из зацепления  с длинным плечом спускового крюка, который под действием тетивы поворачивается и освобождает ее. Прицельное устройство аналогично описанному выше.


Рис. 483. Итальянский шнеппер для охоты на птиц. Железные части отполированы и украшены инкрустацией золотом; ложе резное. Ок. 1590 г.
Рис. 484. Ручка для натяжения баллестра с поясным крюком. Ок. 1580 г.

Итальянские шнепперы были исключительно популярным метательным оружием и использовались для охоты во второй половине XVI и в начале XVII века. На иллюстрациях Иоганна Страдана, особенно в его серии «Venatio», отгравированной Рафаэлем Задлером, а также на иллюстрациях 1578 года, посвященных Козимо Медичи (1519—1574) и отгравированных Филиппом Галле, изображено много таких шнепперов. Особого рода шнепперы, которые неоднократно обозначались в документах как «немецкие», производились в Италии и в Греции, откуда продавались на север. В отличие от всех прочих арбалетов, ложа у них делались цельножелезной, кроме приклада. Подобные шнепперы по своим размерам отличались от обычного арбалета. Самый маленький из них имел длину ложа всего 35 см. Такой арбалет обычно применялся на охоте верхом (рис. 485) и имел обычно «рычаг-колонну» испанского образца. Определенное внешнее сходство с немецким имеет итальянский шнеппер конца XVI века. Эти шнепперы также имеют цельнометаллическое ложе с изгибом, описанным выше, и круглый деревянный приклад. Большинство из них не имело натяжного устройства и натягивалось вручную или с помощью ручек.

Около 1530 года в Италии появились совсем крошечные арбалеты, которые носили под одеждой. Они находились под строгим запретом правительства. Сенат Венеции в 1542 году установил большой штраф за использование такого оружия. Прекрасный экземпляр его хранится в музее Коррер в Венеции.


Рис. 485. Маленький немецкий шнеппер. Приклад деревянный; тетива подлинная. Коллекция оружия в каноническом монастыре в Клостернойбурге.

К концу XVI века, когда возрастает ценность огнестрельного оружия для охоты, снова находят применение баллестры, комбинированные с пистолетами. Они назывались в Италии баллестрино-пистола (ит. ballestrino-pistola). Здесь различали две конструктивные системы. Если баллестр имел рычаг наверху ложи, то пистолет был снизу и колесцовый замок на правой стороне, а если рычаг снизу, то замок на левой стороне. Первый тип более распространен и широко известен. Мы приводим пример последнего, реже встречающегося. Это богато украшенный немецкий баллестр с пулевой чашкой (нем. Kugelschale) или тележкой для пуль, относящийся к 1580 году, из оружейной коллекции императорского двора в Вене. На рис. 486 представлено устройство баллестра с глубокой инкрустацией слоновой костью на ложе из грушевого дерева, а также принципиальная схема колесцового замка и (отчасти) натяжного механизма стального лука. При опускании рычага (F) спусковой механизм с орехом выдвигается до зацепления с штифтами тележки (А), в которой закреплена тетива (а). Рейкой (g) при этом взводится боевая пружина колесцового замка. Курок (d) с кремнем откинут вверх. Для выстрела давят на спусковой крючок (r), который освобождает тягу (p) с помощью рычага (k), соединенного с боевой пружиной, которая заставляет вращаться колесцо. Вне боевой обстановки ствол затыкался пробкой (n).

Арбалетные болты, предназначавшиеся как для войны, так и для охоты, были весьма разнообразны. Некоторые из них просты и чаще всего грубого изготовления. Другие, как правило, из лучшего материала, тщательной работы и имеют неисчислимое множество различных форм. Однако в любом случае при изготовлении болтов заботились о весе и расположении центра тяжести.


Рис. 486. Комбинированный баллестр с пистолетом. Схема представляет натяжной и спусковой механизмы лука и замок пистолета. Германия, предположительно Аугсбург, ок. 1580 г. Из коллекции эрцгерцога Фердинанда Тирольского.

Болт состоит из наконечника (нем. Eisen), древка (нем. Schafte), которое иногда оснащалось оперением (нем. Zain). 
Форма и вес болта всегда основывались на точном расчете. Длина древка зависела от мощности лука. Для дальнобойности важнейшим требованием было правильное расположение центра тяжести. У короткого болта с длиной древка до 35 см центр тяжести, как  правило, располагался точно на расстоянии 1/3 от наконечника, при большей длине — обычно на расстоянии 1/4. Центр тяжести проверялся на каждом экземпляре и подгонялся путем подрезания нижнего конца древка. Вот почему большинство боевых болтов встречаются с обрезанным концом. Обычно болты имели грубо кованные наконечники четырехгранного сечения и были втульчатыми или черешковыми. В последнем случае древко сверху обвязывалось крепкими нитками для того, чтобы помешать его раскалыванию черешком (рис. 488, b). Наличие оперения зависело от взглядов эпохи.


Рис. 487. Баллестр с рис. 486 в изометрической проекции, со взведенным курком и готовой к натяжению тетивы «козьей ногой».

Часто болты, даже очень тяжелые, не имели оперения. Изготавливали его из различного материала: для обычных боевых болтов — из грубой деревянной стружки, в Швейцарии и Тироле — из кожи, во Франции — из пергамента (его использовали также чехи в гуситских войнах). Аристократы обычно использовали для охоты болты с оперением из тонких пластин слоновой кости или лебединых перьев.

Направление оперения было или прямое, или спиральное, под углом к оси древка приблизительно 15°, благодаря чему стрела получала в полете вращение, что повышало точность выстрела. Французы, применявшие уже в XIV веке болты с таким оперением, называли их viretons.


Рис. 488. Наиболее распространенные типы боевых арбалетных болтов:
a) «Домашняя» стрела с прямо расположенным деревянным оперением; длина 33,5 см.
b) «Домашняя» стрела с втульчатым наконечником без оперения, длина 35 см. Тироль. XV в.
Рис. 489. Зажигательные болты:
a) Болт с деревянным оперением двушипный. XV в.
b) Болт с односторонним шипом. Арсенальные книги императора Максимилиана I
.

Особый вид среди болтов для военного применения — зажигательные стрелы, так называемые фаларики (лат. falarigues). ( Название взято из античности. Фаларика (falarigues) — иберийский дротик с длинным железным наконечником с невозвратными крючьями, который иногда обматывали паклей и использовали как зажигательный снаряд (прим. ред.)).

Они были оснащены зажигательными шарами и имели наконечники с одним или двумя невозвратными шипами (рис. 489). Если у боевых болтов формы, в общем, мало различаются, то у охотничьих, в зависимости от величины и вида дичи, применялись самые разнообразные формы наконечников. По форме различают колющие болты (рис. 490, а) с железными легкими наконечниками, применявшиеся для охоты на крупную пернатую дичь, а также тяжелые и острые, исключительно для поражения крупных копытных животных и для охоты на медведя. Наконечники болтов с невозвратными шипами (рис. 491, b) применялись как зажигательные снаряды и на охоте в раннее средневековье мало употреблялись. Они впервые появились в Испании, куда попали от мавров. В Англии при раскопках найдено большое количество аналогичных наконечников, но в основном от стрел лука. Плоские или слегка закругленные наконечники предназначались для того, чтобы не убивать дичь, а только оглушить и тем самым не повредить дорогой мех. Их использовали также и для мелкой пернатой дичи. Разновидностью плоских наконечников были корончатые (рис. 490, d). Они служили преимущественно для охоты на орлов и коршунов. Болты вилкообразной формы (рис. 491, d) были популярны благодаря своему эффективному воздействию при охоте на серн. Но в полете они были неустойчивы. Наконец, упомянем еще долотовидные болты (рис. 490, е). С широким, в виде полумесяца, наконечником (рис. 491, с), их применяли при охоте на крупную дичь. Легкие болты с долотовидным наконечником использовали преимущественно на утиной охоте, т. к. при полете они производили совсем незначительный шум. ( Короткие болты с толстыми грушевидными наконечниками применялись при отстрелах птиц, в частности попугаев (прим. авт.)).

Следует заметить, что для особо точных выстрелов к наконечникам приделывали маленькую шишечку, служившую мушкой (рис. 490, в, с).

Футляры для болтов, колчаны, изготавливали нередко из металла, но большей частью все же из дерева, и обтягивали кожей или шкурой. В Германии был обычай обтягивать щиты и колчаны мехом. Такого рода колчаны называли меховыми колчанами (нем. Rauchköcher).

Старейшие из известных форм колчана можно увидеть на барельефе IV века (рис. 468). Изображение позволяет сделать вывод, что его форма в последующие столетия изменилась незначительно (рис. 492).


Рис. 490. Типы охотничьих болтов:
a) Остроконечный без оперения. XVI в.
b) Остроконечный со следами спиралевидного оперения из лебединых перьев. XVI в.
c) Остроконечный со следами спиралевидного оперения. XVI в.
d) Корончатый без оперения. XV в.
e) Долотовидный. Милан. Кон. XV в.
Рис. 491. Типы наконечников арбалетных болтов:
a) Остроконечный.
b) Большой с двумя шипами.
c) Долотовидный.
d) Вилообразный. Королевский цейхгауз в Берлине.


Рис. 492. Типы колчанов для арбалетных болтов.
a) Обычный из тисненой кожи.
b) Обычный деревянный, обтянут свиной кожей и отделан тисненым опойком. XV в.
c) Охотничий деревянный, обтянут свиной кожей; крышка и отделка — кожаные; с поясным
ремнем. XV в.

 

 

 
  Союз образовательных сайтов рефераты лучшие коллекции рефератов библиотеки бесплатные библиотеки

На страничку заглянулосчетчик посещенийчеловек.

 
 
=> Тебе нужна собственная страница в интернете? Тогда нажимай сюда! <=